помочь чтению рядовых рукописей, относящихся к той же территории или написанных в той же обители, но и позволило бы представить себе сущность отдельных музыкально-теоретических течений и «школ». К сожалению, однако, для всякой рукописи (не только певческой) установление ее территориальной принадлежности представляет значительно большие трудности, нежели определение ее возраста (разумеется, при отсутствии прямых записей).
Обнаружение теоретических руководств и практических певческих рукописей, создание которых принадлежало бы одному и тому же лицу, было бы идеальным, но чрезвычайно редким случаем.1 Если обнаружена подписная азбука и обычные певческие рукописи, выполненные тем же почерком, то естественна допустить, что они написаны тем же лицом, но для того, чтобы быть уверенным в этом, следует проделать уже не палеографическую, а скорее графологическую работу. Если, однако, певческая палеография является дисциплиной очень молодой, то о певческой графологии вопрос еще вообще не ставился до сих пор. В случае же применения графологии, объяснение особенностей нотации рядовых рукописей через посредство данной подписной азбуки было бы вполне закономерным и, возможно, наиболее точным. В этом случае можно считать, что рядовые певческие рукописи изложены на основании тех законов знаменного пения, которые закреплены в совпадающей с ними по письму азбуке. Но это «идеальный» случай, не позволяющий еще делать слишком широкие обобщения и возможный больше в принципе.
Если певческие рукописи и азбуки писаны в одной обители (или городе), то и в этом случае переносить содержание и теоретические положения одной азбуки, происходящей из данной обители, на другие певческие рукописи, написанные там же, следует все же с осторожностью. Тем не менее, для такого перенесения, бесспорно, есть известные основания, поскольку в стенах одной обители естественно ожидать принадлежности всего состава клироса к единой школе певческого искусства и сохранения в ней единых традиций. В силу сказанного, при чтении певческой рукописи с помощью азбуки следует пытаться подыскивать рукописи по возможности одного территориального происхождения, однако подобные совпадения могут встретиться крайне редко.
Многие обители древней Руси были теми центрами, в которых развивалось знаменное пение и происходило размножение (переписывание) певческих рукописей. На многих рукописях, чаще — в полистных записях, указывается на то, в какой обители (а в некоторых случаях — и когда) были написаны эти ру-